Лития на могиле безбожника

На протяжении многих лет православные безуспешно призывают убрать тело Ленина с Красной Площади, предав его земле. Одновременно необходимо ликвидировать некрополь у Кремлевской стены, где захоронены более 150-ти выдающихся деятелей советской власти. Здесь лежат и старые большевики — Клара Цеткин, Инесса Арманд, Вацлав Воровский, Фрунзе и Орджоникидзе и примкнувший к ним Джон Рид. Семья Ленина – Надежда Крупская, Мария Ульянова; любимец Сталина Сергей Киров, «всесоюзный староста» Калинин, главный чекист Дзержинский, Яков Свердлов, Иосиф Сталин и Войков.

Прах идеолога воинствующего атеизма, главного безбожника Советского Союза Емельяна Ярославского тоже захоронен в кремлевской стене. Читая этот бесконечный список, куда включены и позднесоветские партийные функционеры, и маршалы, и романтические герои советской власти – летчики Чкалов и Гагарин, писатель Максим Горький, ученые Келдыш и Королев, узнаешь топонимы наших осовеченных городов. Оставшееся в центре столицы под стенами древнего Кремля, изувеченного советской властью, место оформившегося коммунистического культа – Кремлевский некрополь — один из главных символов чудовищного разрыва национального самосознания и провалов в исторической памяти.
Однако этот факт мало кого заботит, кроме православной общественности. Голубые ели у Мавзолея стерегут гроб с телом вождя, спустя 20 лет после краха основанного им государства.
Недавно очередная группа православных активистов во главе с журналистом Алексеем Реутским в очередной раз решила предпринять попытку привлечь внимание общества к этой проблеме, а заодно попробовать переосмыслить ее духовно. Великим постом они взяли на себя молитвенное делание – каждое воскресение проходить крестным ходом вокруг Кремля и молиться о благополучии России и ее народа. Однако когда этот маленький крестный ход равнялся с Мавзолеем, препятствие к этому благополучию становилось все более очевидным.
Как пишет сам Алексей Реутский на сайте журнала «Нескучный сад» «может ли это благополучие наступить, если в головах и сердцах людей по прежнему существует смута? Гражданская война не закончена, примирения с прошлым не наступило. Церковь прославила царя – мученика, объединились две ветви Русской Православной Церкви, осталось сделать последнее – похоронить тело вождя, зачинщика гражданской войны. Иначе в головах и душах людей по-прежнему будет раздрай». Поняв, что они находятся на единственном кладбище в России, где никогда не звучали слова молитвы, Алексей с другом решили это исправить. И отслужить литию у Мавзолея мирянским чином.
Допустимо ли петь «Со святыми упокой» над могилами Владимира Ленина и Емельяна Ярославского? Можно ли молиться церковно за тех, кто не только отрицал Бога, но и был повинен в массовых гонениях на верующих разных конфессий? Надо ли спрашивать у потомков похороненных, не против ли они, если над могилами их предков будут молиться? Об этом «Правмир» спросил у протоиерея Александра Ильяшенко и протоиерея Димитрия Смирнова:
Протоиерей Александр Ильяшенко:
Зачем безбожнику заупокойная служба?

К

о

гда Ленин умер – это было в январе – ему сделали могилу в мерзлой земле и там похоронили. А когда весной все начало таять, оказалось, что место выбрали неудачно: рядом были торговые ряды, и был устроен, простите, нужник. Все это потекло и завоняло, а когда святейший патриарх Тихон проезжал мимо, он сказал: «По мощам и елей»
Это отношение великого святого мученика, страдальца, который претерпел страшные унижения именно от власти, установленной Лениным, очень значительно.
Более того, это человек, который своей целью поставил борьбу и уничтожение Церкви, воинственный безбожник, убежденный атеист, поэтому служить какие-то заупокойные службы над его могилой – просто пренебрегать его волей. Он поставил себя так. Зачем нужно в память о человеке, который считал себя безбожником, служить какие-то заупокойные службы, если при жизни ему это было категорически не нужно?
Я считаю, что это недомыслие. Более того, когда такие духовные действия верующие люди предпринимают, они должны спросить благословения у священноначалия. Они могли бы обратиться в Патриархию, написать на имя Святейшего прошение с просьбой совершить такое богослужение. Я думаю, что они получили бы отказ. Потому что, на мой взгляд, это невозможно, так как является нарушением воли самого Ленина.
Люди, которые действительно являются церковными людьми, безусловно просили бы благословение на совершение такого духовного действия. А раз они не просят, значит они не глубоко церковные люди. Я могу пожелать им укрепления веры и воцерковления в своей жизни.

Протоиерей Димитрий Смирнов:
Кощунство, достойное сожаления
Это такое безумие, которое обычно кончается тем, что люди начинают жалеть сатану, со всеми вытекающими отсюда последствиями — Ганнушкина, больница Алексеева, и прочие замечательные и нужные заведения.
Ну, а пока это выглядит как некое кощунство. Ничего, кроме сожаления это не вызывает. Как те люди не понимают, что он творят, так и эти. Когда я был в детском саду, среди детей ходила такая фраза: «На больных не обижаются».
Так я к этому и отношусь. Как к болезненным явлениям разрушенного религиозного сознания.

ИЗ СЕРДЦА АФРИКИ

Беседа с отцом Филиппом Гатари, православным священником из Кении

В Москву из Кении приехал отец Филипп Гатари. На два дня он стал гостем Сретенского монастыря, где сослужил вместе с братией и афонскими монахами за Божественной литургией. После службы жизнерадостный пастырь рассказал нам о Православии в Кении и своей работе директором сельской школы.

Загрузить увеличенное изображение. 800 x 540 px. Размер файла 193701 b.  Отец Филипп Гатари. Божественная литургия в Сретенском монастыре.Фото: иером.Игнатий (Шестаков)
Отец Филипп Гатари. Божественная литургия в Сретенском монастыре.Фото: иером.Игнатий (Шестаков)

Кения – небогатая страна, и люди здесь живут совсем простой жизнью, особенно в провинции. Отец Филипп, настоятель церкви преподобного Антония в деревне Ишамара, что в Центральной Кении, не исключение. Дел у него хватает, ведь Православие – самая динамично развивающаяся конфессия в Кении, и в деревнях не редкость случаи массового крещения – по 50–70 человек одновременно.

– Отец Филипп, расскажите о вашем храме. К какой юрисдикции вы принадлежите?

– Наш храм посвящен преподобному Антонию Великому, начальнику монашества всего мира, жившему в Египте. Мы принадлежим к юрисдикции Александрийского Патриархата, мы православные по вере. Мой приход находится в Кенийской епархии, и мы стремимся расширить, увеличить его. У нас не очень большой приход: примерно 300 человек, из них около 100 человек – активные прихожане.

– А как кенийцы пришли к Православию?

– Православие здесь появилось по инициативе местных жителей. Они старались найти истинную Церковь. Еще в 1932 году православные кенийцы написали письмо патриарху Мелетию о принятии их в Александрийский Патриархат; патриарх дал положительный ответ, однако вскоре скончался. Кенийцы снова написали письмо, теперь уже патриарху Христофору. В 1942 году к нам приехал митрополит Аксумский Николай, все осмотрел, и вот в 1946 году Кенийская Церковь была принята в общение с Александрийским Патриархатом.

А вскоре в Кении началось освободительное движение против колониального режима. Это было в 1952 году. На стороне повстанцев были именно православные приходы, а вот протестантские и католические священники называли восстание бунтом язычников и дикарей. Православных священников тогда сажали в тюрьму. Например, отец Георгий Артур Кадуна, первый «черный» епископ Кении, провел в тюрьме около 10 лет вместе с будущим президентом страны и лидером племени кикуйю Джомо Кениатой.

Почивший президент подарил участок земли, на котором была построена православная семинария, открывшая свои врата в 1982 году. Нынешний архиепископ Албанский Анастасий открыл эту семинарию. Мы начинали с частных занятий по выходным, обучая только литургике, и сейчас поднялись на серьезный уровень, выпускаем дипломированных студентов. Вот часть нашей истории.

– А как лично вы стали православным?

– Я стал православным в детстве, в возрасте около 9 лет. Я не был крещен в младенчестве.

– Ваши родители тоже православные?

– Они были неверующие, но потом вслед за сыном приняли святое крещение и стали православными.

Загрузить увеличенное изображение. 800 x 568 px. Размер файла 208852 b.  Благословение верующих. Сретенский монастырь. Фото: иером.Игнатий (Шестаков)
Благословение верующих. Сретенский монастырь. Фото: иером.Игнатий (Шестаков)

– Что на вашем пути к Православию оказалось особенно значимым: некий человек, школа или что-то еще?

– Наш приходской священник. Он на меня повлиял – в моей деревне, в нашем храме. Я был тогда еще ребенком. Я продолжал посещать церковь, и когда подрос.

– Расскажите о самом храме. Из чего он построен?

– Первоначально наша церковь была из глины, потом уже появилось каменное здание. Но у нас нет иконописцев, чтобы написать фрески, а нанимать художников из Европы – это дорого. Поэтому у нас есть только иконы, которые мы вешаем на стены, но нет росписей. Еще у нас был колокол, но его украли прямо с колокольни.

– Хотелось бы узнать о духовной жизни в приходе: как часто люди исповедуются, причащаются.

– Причащаются в основном всегда, когда служится литургия, все, кто чувствует в этом потребность и кто подготовился. Но, конечно, если что-то препятствует, то человек не причащается. С этими людьми мы обычно стараемся поговорить и разобраться, в чем дело. Исповедь перед причастием, как правило, необязательна. Это зависит от конкретных людей. Если кто-то приходит и говорит: «Мне надо исповедаться», то, конечно, пожалуйста. Но во многих случаях я стараюсь направить человека на исповедь к более опытному священнику.

– А какая миссионерская деятельность проводится в Кении, в вашем приходе, в епархии?

– У нас много видов миссионерства. Есть молодежные программы, программы для женщин, программы мужских братств. Ведутся занятия в воскресных школах. Также есть образовательные программы, направленные на работу в средней школе и в начальных классах. И в светских школах мы стараемся выдержать христианскую направленность.

Я очень горжусь тем, что в нашем приходе есть средняя православная школа, основанная Церковью, но мы принимаем туда всех детей, независимо от их вероисповедания. Мы работаем по государственной образовательной программе, обязательной для всех школ Кении. Эту программу используют всюду, даже в частных школах: урок длится 40 минут, в день должно быть восемь уроков, преподают квалифицированные учителя и проч. Образование находится под контролем правительства.

Сейчас у нас 65 учеников, и это часть нашей миссионерской работы. Я и директор нашей школы, и преподаватель в ней.

Когда меня поставили на этот приход, здесь был участок в 5 акров земли, выделенный под школу. Он был заброшен в течение десяти лет, не было ничего – ни здания, ничего. И вот с Божией помощью теперь здесь школа, классы, парты.

В церкви мы стараемся использовать местные языки. Проповедь тоже на местном языке. А в школах по всей Кении преподавание идет на английском. Все население говорит по-английски.

Загрузить увеличенное изображение. 800 x 530 px. Размер файла 175012 b.  Священник Филипп Гатари и иеродиакон Серафим после Божественной литургии в Сретенском монастыре. Фото: иером.Игнатий (Шестаков)
Священник Филипп Гатари и иеродиакон Серафим после Божественной литургии в Сретенском монастыре. Фото: иером.Игнатий (Шестаков)

– По вашему мнению, в Кении у Православия большое будущее?

– Если у нас будет разумное управление и мы будем опираться на местные народности, следовать их нуждам, быть их партнерами, то у нас большой потенциал. Наша миссия должна охватывать новые этнические группы.

НА САНТОРИНИ, «ОСТРОВЕ ЦЕРКВЕЙ», ЗАМЕЧЕНА ВУЛКАНИЧЕСКАЯ АКТИВНОСТЬ

Санторини. Фото: С.Покровский

Сейсмологи говорят об усилении вулканической активности на греческом острове Санторини, который называют «островом церквей» из-за того, что на 8 тысяч местных жителей приходится более 300 храмов, а у каждой семьи есть своя домашняя церковь.

«Сейсмические станции на острове указывают на то, что кальдера вулкана Санторини снова просыпается», – говорит исследователь из Джорджии Эндрю Ньюмэн, который работает на Санторини с 2006, когда здесь были размещены более чем 20 станций GPS, сообщает Greek Reporter.

«После десятилетий низкой активности в пределах кальдеры вулкана Санторини в январе 2011 прошла серия землетрясений и деформации, – рассказывает Ньюмэн, считающий что ситуация становится опасной, – Жерло вулкана наполняется магмой, и мы пристально следим за этим процессом».

Санторини был относительно спокоен с середины века, – последнее извержение произошло в 1950-м и не было слишком сильным, – однако за три века до этого, в 1627, на этом самом южном из Кикладских островов случилось извержение, изменившее все Средиземноморье: под ударом грандиозного цунами пал господствовавший в регионе Крит

Пути ислама: сунниты и шииты


Разделение мусульман на шиитов и суннитов восходит к ранней истории ислама. Сразу после смерти пророка Мухаммада в VII веке возник спор о том, кто должен возглавить мусульманскую общину в Арабском халифате. Часть верующих выступала за выборных халифов, а другие — за права любимого зятя Мухаммеда Али ибн Абу Талиба. Так впервые разделился ислам.
Было и прямое завещание пророка, согласно которому его преемником должен был стать Али, но, как это нередко бывает, авторитет Мухаммада, непоколебимый при жизни, после смерти не сыграл решающую роль. Сторонники его завещания полагали, что руководить уммой (общиной) должны «назначенные Богом» имамы — Али и его потомки от Фатимы, и считали, что власть Али и его наследников — от Бога. Сторонники Али стали именоваться шиитами, что дословно и означает «сторонники, приверженцы».
Их оппоненты возражали, что ни в Коране, ни во второй по важности Сунне (дополняющем Коран своде правил и устоев, основанных на примерах из жизни Мухаммеда, его поступках, высказываниях в том виде, в каком они переданы его сподвижниками) ничего не сказано об имамах и о божественных правах на власть рода Али. Ничего не говорил об этом и сам пророк. Шииты отвечали, что предписания пророка подлежат толкованию — но только теми, кто имеет на это особое право. Оппоненты считали подобные воззрения ересью и говорили, что следует воспринимать Сунну в том виде, в каком ее составили сподвижники пророка, без каких-либо изменений и толкований. Это направление сторонников строгого следования Сунне получило название «суннизм».
В 632 году, всего через два года после своего избрания, халиф Абу-Бакр скончался, назначив своим преемником Умара ибн Хаттаба. Через 12 лет, в 644 году, Умар был убит в Медине, и его сменил Усман ибн Аффан из влиятельного арабского рода Омейадов. Еще через 12 лет, в 656 году, был убит и он, и четвертым халифом избрали того самого Али. Но правитель Сирии и родственник Умара Муавия обвинил Али в причастности к убийству прежнего халифа, его поддержали знатные роды молодой империи. Началась длительная гражданская война и раскол Халифата. В 661 году Али закололи отравленным кинжалом в мечети Куфы.
После смерти Али власть захватил Муавия. Он заключил мирный договор с сыном Али, имамом Хасаном, по которому после его смерти власть должна была перейти к Хасану. Через несколько лет Хасан умер и новым имамом стал его младший брат Хусейн. А в 680 году умер Муавия. Он передал престол своему сыну Язиду, отменив выборность халифов и превратив этот институт в обычную наследственную монархию. Имам Хусейн не признал власть Язида. Противостояние длилось недолго и закончилось катастрофой для Хусейна и его сторонников. В том же 680 году, 10 октября, он с семьей и ближайшими сторонниками после изнурительной осады был атакован в Кербеле (Ирак) войсками халифа под командованием бывшего сторонника Али некоего Шимра. В этой битве был убит сам Хусейн, двое его сыновей, в том числе, шестимесячный младенец, несколько родственников и почти все сторонники.Бойня в Кербеле возмутила всю умму. А для шиитов имам Хусейн стал мучеником за веру и самым почитаемым из имамов. Город Кербела, где похоронен имам, считается для шиитов самым священным местом после Мекки и Медины. Ежегодно шииты почитают его память в ходе траурных церемоний Ашура. Известен шокирующий обычай «шахсей вахсей». По улицам проходят траурные шествия, в них принимают участие мужчины, которые под барабанную дробь в знак скорби бьют себя цепями. Шрамы и раны, полученные при этом, считаются знаком религиозного благочестия. Одетые в черное женщины стоят вдоль дороги, голосят и бьют себя в грудь. В старом Иране принято проносить по улицам чучело льва. Приводимое в движение актером, чучело время от времени неуклюжим движением загребало солому и сыпало ее себе на голову, что символизировало опечаленную нацию, посыпающую голову пеплом. Впрочем, с точки зрения европейца, при этом достигался очень комический эффект.

Великобритания: крест Христов вне закона


Несмотря на прошлогодний призыванглийского премьер-министра Дэвида Кэмерона к своей стране блюсти и хранить христианские ценности, атрибуты веры Христовой успешно выдавливаются из общественной жизни. Верующих, пришедших на работу с нательными крестиками и имевших неосторожность показать их окружающим, отныне ожидает увольнение. Законное?
Да, законное, считают британские министры, и этот посыл им придется отстаивать в Страсбургском суде. Европейский суд по правам человека рассмотрит иски о дискриминации по религиозному признаку четырех английских христиан, проигравших процессы в судах на родине.
Чем же не угодили судам «старой доброй» Британии четверо ее верноподданных веры Христовой? Они совершили возмутительное преступление: надели на работу нательный крест. И ладно бы еще они прятали его стыдливо под одеждой — нет, нетолерантность и неполиткорректность четырех «преступников» достигла столь немыслимых высот, что они позволили коллегам, среди которых, как нетрудно догадаться, нашлись мусульмане, увидеть этот «знак религиозной принадлежности». Естественно, за таким вопиющим проявлением фанатизма последовало увольнение, а справедливейшие британские суды поддержали работодателей.
Теперь «дело о кресте» рассмотрит Страсбургский суд. Истцы надеются, что хотя бы там помнят основы европейской юстиции, согласно которой, право христиан на ношение крестика на работе защищено 9-й статьей Европейской конвенции по правам человека. Эта статья говорит о всеобщем праве на свободу мысли, совести и религии.
А британские власти готовят «ответный удар» — кабинет министров подготовил решение, согласно которому, христианам «не стоит» надевать, уходя в офис, знак принадлежности к своей религии. Если же кто-то все-таки решит, что крест надеть «стоит», то такого твердолобого упрямца — если, конечно, его поймают — ожидает совершенно законное увольнение.
Аргументируют министры свой «креатив» исключительно просто: нигде, мол, не сказано, что христиане обязаны носить нательные кресты в качестве доказательства своей веры. А раз не обязаны, то и нечего носить, ишь, нашлись тут, религиозные фанатики.
Впрочем, окончательное решение вопроса остается все-таки за работодателем. Мол, если он разрешит носить крест — то без проблем, а вот если потребует снять — христиане обязаны подчиниться или искать новую работу.
Естественно, британские религиозные конфессии гневно отреагировали на подобное «законотворчество». В частности, бывший архиепископ Кентерберийский лорд Кэри сказал, что такое «нововведение» суть нЕ что иное, как самое настоящие давление на христиан в общественной, официальной жизни.
Подобных ущемлений в некогда «старой доброй», а ныне просвещенной и толерантной Англии более чем достаточно: стоит вспомнить хотя бы, как власти Лондона запретили владельцам кафе в «мусульманских» кварталах… жарить бекон. А сколько было историй, как шоферы такси и автобусов отказывались «принимать на борт» христиан с собаками — мол, это «оскорбит» пассажиров-мусульман.
«Я бы посоветовал Парламенту Великобритании учесть, что христиане бывают разные. Среди подданных Ее Величества сегодня есть не только англикане, но и христиане других христианских же конфессий, например, те, кто относится к Восточнохристианским церквям — ортодоксальным.
Я не берусь говорить за Англиканскую церковь, но в православной традиции отношение ко кресту самое благоговейное. Христиане считают, что Крест, в том числе и нательный крестик, — это не только напоминание о нашей вере и уповании, но и защита христианина в тяжелых обстоятельствах его жизни, и в том, что называют искушением. Кроме того, у православных принято, что если христианин снимает с себя крестик, то он кается в этом на исповеди. С православной точки зрения, ношение христианином крестика является для него исповеданием его веры, а понуждение к отказу от ношения креста является вторжением в область свободы веры и напоминает нам о действиях атеистических советских властей.

Владимир Легойда: Запрет на ношение крестов – это христианофобия

Председатель Синодального информационного отдела Владимир Легойда выразил удивление лояльностью властей Британии, запретивших ношение нательных крестов в рабочее время, по отношению к другим символам, например, гей-символике.

Ширли Чаплин надела крестик в 16 лет и с тех пор в течении 38 лет никогда не снимала его - даже когда была уволена из британской клиники из-за того, что крестик был виден, когда медсестра была в униформе
Ширли Чаплин надела крестик в 16 лет и с тех пор в течении 38 лет никогда не снимала его — даже когда была уволена из британской клиники из-за того, что крестик был виден, когда медсестра была в униформе

«Решение парламента Великобритании не может не вызывать тревогу, особенно если учитывать существование в современном европейском обществе других тенденций, направленных на раскрепощение человеческих инстинктов. Почему при этом в Великобритании публичная демонстрация своей причастности к гей-культуре считаются нормой, а ношение нательного крестика — нет? Ведь существует же разнообразная символика, связанная с гей-культурой, но попробуйте уволить такого человека, открыто демонстрирующего свою сексуальную ориентацию. Понятно, что он поднимет скандал и наверняка добьется своего восстановления на работе. А чем опасны древние символы христиан, кого они оскорбляют?» — заявил В.Р. Легойда во вторник, 13 марта.

Еще одним примером двойных стандартов британского правительства является отношение к сикхам. По словам председателя Синодального отдела, сикхам, даже служащим в полиции Лондона, официально разрешено ношение тюрбана — одного из символов сикхизма.

Он считает решение британских властей «очень тревожным сигналом». Если этот сигнал, по словам В.Р. Легойды, означает невозможность публичной демонстрации принадлежности к христианству, «то кто может поручиться, что завтра власти не скажут: «Пусть здесь будет написано «церковь такая-то», а вот кресты уберите — и не только с куполов, но и вообще любое изображение креста»?» Такое отношение сложно расценить иначе, как проявление христианофобии, примеры которой становятся все более частыми в современном мире. Кроме того, эта ситуация, как считает глава Синодального информационного отдела, «наглядно демонстрирует отказ Европы от своей коренной идентичности».

«И если мы говорим о свободе совести, то почему сталкиваемся с ограничениями? Если же в цивилизованном обществе открытая, неагрессивная демонстрация религиозной принадлежности является невозможной, то возникает вопрос о характере этого общества. Получается, что все разговоры о толерантности и призывы к ней становятся пустым звуком, раз мы не способны жить в добром соседстве, не теряя свою идентичность», — отметил В.Р. Легойда.

По его мнению, суть проблемы сводится «к навязыванию идеи того, что религия — исключительно личное дело каждого».

«Религия никогда в истории не была только личным делом человека, но будучи, безусловно, очень личным делом, всегда имела и общественное, публичное измерение. В противном случае мы заставляем человека оставить его веру в храме или в узком семейном кругу, не позволяем ему мотивировать верой свои поступки в общественном поле. Но это абсурд», — заключил глава Синодального отдела.

На Балтийском заводе освятили гигантский колокол – третий по величине в мире

Колокол четырехметровой высоты весом в 64 тонны отлили в Петербурге. Такой крупный заказ нижегородской епархии выполнили на Балтийском заводе. Колокол-гигант освятили прямо в цехе. Присутствовавшие стали первыми, кто услышал голос великана, сообщает «Пятый канал».
Для его изготовления на завод поступили 71 тонна меди и 17 тонн олова. Заливка в форму производилась без остановки почти целый день. Соборный колокол остывал три недели. Результат уникальный музыкальный инструмент весом 64 тонны. Больше только в Троице-Сергиевой лавре и в Кремле.
«Мы предприняли большое дело по воссозданию великого сверхтяжелого колокола России», сказал в интервью «Пятому каналу» архиепископ Нижегородский и Арзамасский Георгий, возглавивший освящение колокола.
В мае, когда откроется сезон навигации, исполина по воде переправят в Нижегородскую область и установят на звоннице Собора Александра Невского в месте, где сливаются Ока и Волга.

Ученый совет прав — признает протодиакон Андрей Кураев

На заседании Учёного Совета Московской духовной академии обсудили акцию феминисток в Храме Христа Спасителя 21 февраля и последовавшие за ним комментарии профессора МДА протодиакона Андрея Кураева, сообщает сайт МДА. В ходе дискуссии члены профессорско-преподавательской корпорации МДА выразили несогласие с первоначальной поспешной оценкой акции о.Андреем как допустимой.

Протодиакон Андрей Кураев прокомментировал ПРАВМИРу прошедшее заседание Ученого Совета.

Это уже второе заседание Ученого Совета, посвященное моим высказываниям в Интернете: первое было связано с дискуссией на моем сайте в дни избрания Патриарха в 2009 году. Не было ничего похожего на советские товарищеские суды или парткомы. О том, что вопрос о моем комментарии относительно выходки в храме будет поставлен, владыка ректор честно предупредил меня за несколько дней – так что это не было подковерной интригой.

Поначалу я сомневался, входит ли обсуждение внеучебной деятельности преподавателя в компетенцию Ученого совета, но потом понял, что вопрос ставится ректором, который является не частным лицом, а архиереем Церкви Христовой, к тому же — викарным архиереем моего правящего епископа — Патриарха Кирилла. Поэтому владыка Ректор в полном праве предложить мое высказывание и к обсуждению как наедине (и такая беседа у нас была еще до Совета), так и в присутствии коллег. Поэтому сам факт такой беседы меня нисколько не смущает и не обижает.

Надо отметить, что в одной из самых первых реплик протоиерей Максим Козлов сказал очень верные слова — что мы не должны вести дискуссию так, чтобы это хоть чем-то напоминало наше недавнее советское прошлое. Эта позиция отца Максима была всеми расслышана — впрочем, мне кажется, с самого начала общий настрой был очень мирным. Было понятно, что мы единоверцы, у нас общая вера и общие святыни, в число которых входит и храм Христа Спасителя, поэтому отношение к собственно самой акции этих феминисток у нас было общее, поэтому оно даже не стало предметом обсуждения.

Итак, вопрос моральной квалификации действия перед нами не стоял, правовая квалификация — вообще не наша компетенция. Также у нас с самого начала был проговорен консенсус о том, что агрессивные мечтания некоторых православных блогеров в гораздо большей степени вредят Церкви, чем сама выходка. Соответственно, вопрос был в том, насколько пастырски приемлемо или нет было мое суждение в самый первый день (последующие мои высказывания не обсуждались).

Я же объяснил две вещи. Во-первых, мне кажется, что то, что я сделал, соответствует соборному документу об отношении к богохульству, принятому на Соборе 2011 года, где прямо сказано:

«членам Православной Церкви, следует разумно и эффективно отвечать разными способами на богохульство и клевету в адрес Церкви, чтобы согрешающих по возможности привести к покаянию. Реакция на несознательное богохульство должна содержать понятное разъяснение того, какие слова и действия, и почему, являются богохульством. Этот ответ может быть как публичным, так и личным. Его цель — приведение человека к осознанию недопустимости высказываний, могущих повредить его душе и оскорбить чувства верующих».

Нельзя разъяснить без разговора. А разговор все же отличается от драки. Поэтому и моя реакция была прежде всего приглашением к разговору. Если мы кому-то кажемся слишком агрессивными — что ж, давайте попробуем с этим кем-то мирно поговорить…

Кроме того, на тот момент еще не было известно ни о том, что это за люди, ни о том, что именно они сделали. Содержание их песен известно не было, по сути, речь шла о том, что в храме провели какую-то пантомиму — какие-то девушки что-то пели, о чем-то молились, а что и о чем именно — непонятно. Когда позже появилась другая информация, изменилась и моя интонация. Но к тому времени стало тем более понятно, что главная проблема — не в выходке наших оппонентов, а в наших чрезмерно гневливых реакциях.

Мне кажется, мои аргументы были восприняты моими коллегами. Совет не призывал меня к тому, чтобы я какие-то свои слова брал назад, и не регламентировал то, что я буду говорить в будущем. Так что это нельзя считать разбором личного дела, и с самого начала было ясно, что никто не ставит вопрос о каких-то административных мерах в отношении меня

Архиепископ Марк: Разумный священник не станет ездить на Лексусе!

Если быстрым взглядом окинуть большинство дискуссий о церковной жизни, как среди нецерковных людей, так и в церковной среде, окажется, что самые болевые точки – это деньги и взаимоотношения священника и архиерея. Внешних интересует, откуда у батюшки такая машина, батюшка круглосуточно решает проблемы ремонта или восстановления храма (опять же деньги), взаимоотношения священника и архиерея нередко непросты с обеих сторон.

О проблемах пастырского служения и наиболее частых искушениях наш разговор сегодня с архиепископом Егорьевским Марком, руководителем Управления Московской Патриархии по зарубежным учреждениям. Владыка Марк – викарий Святейшего Патриарха, управляет двумя викариатствами города Москвы: Северным и Северо-Западным, настоятель храма Св. Троицы в Хорошеве.

Романтики работают бесплатно

— Владыка, если начать сначала, что больше всего беспокоит в сегодняшних священниках?

— Мы видим сокращение желания пастырства среди активных и успешных людей. Часто в семинарию идут люди из неблагополучных семей, из сельских приходов, где тяжело жить, ограниченная зарплата, семья неполная.

Архиепископ Егорьевский Марк

— Почему активные и успешные не идут в священники?

— Причина — в общей атмосфере жизни и в том, какие ценности ставятся в обществе во главу угла.

Я не так давно беседовал с одним экскурсоводом, зашла речь о романтизме, и экскурсовод сказала: «У меня была недавно группа школьников и я спросила, кто такие для вас романтики? И услышала ответ, который меня поразил. Романтики — это те, кто работает бесплатно». Ни слова об оптимизме, об интересных задачах, свершениях, подвигах.

Вот атмосфера современного общества. Священство не всех привлекает, потому что здесь другие цели и часто невысокий уровень жизни.

— Священники сегодня живут очень по-разному.

— Социальное расслоение духовенства — это острая проблема сегодня.

Многие священники ведут очень скромную жизнь, получают совсем небольшие деньги. Один священник (сейчас он служит за границей) в ответ на мой вопрос рассказал, что он получал в России, в областном городе, две тысячи рублей в месяц: пятьсот — за преподавание в семинарии и полторы тысячи — за служение в храме. Излишне говорить, что такая сумма крайне мала для молодого человека, которому нужно не только себя содержать, но и свою семью.

С другой стороны, есть и настоящие сибариты среди духовенства: у них завышенная планка потребления, они считают, что священник должен красиво одеваться, ездить на хорошей машине, отдыхать за границей в престижных местах.

Общая погоня за деньгами, за благополучием не чужда и священникам. Все это вызывает у людей удивление или разочарование. Послушайте разговоры духовенства – о чем они? Какое вознаграждение получили за требу, какая зарплата на приходе. К сожалению, это не редкость.

— Есть решение для этой проблемы?

— Очень трудно переломить сознание, сформировавшееся под действием ценностей этого мира, телевизора, СМИ. Человеку трудно избавиться от этих стереотипов. Но что-то и делается. Например, сейчас в рамках Межсоборного присутствия готовится документ, где подчеркивается необходимость бескорыстного служения. Важно доводить до сведения семинаристов, что желание обогащения является очевидным признаком непризванности к священству. Конечно, это только слова. Но будущий пастырь должен постоянно помнить об этом.

Выпрошенный мерседес

— А если священнику все же дарят очень дорогой подарок, скажем, шестисотый мерседес. Он может его принять и пользоваться, или он должен его поменять на какую-то более дешевую модель?

— Я особенно часто не слышал, чтобы священникам дарили шестисотые мерседесы. Может быть, случаи такие есть, но очень немного. Чаще всего священники выпрашивают такой подарок или просто очень поддерживают такую идею. Конечно, машины духовенству дарят, но не такие дорогие.

photosight.ru. Фото: Дмитрий Ивойлов

Разумный священник не будет ездить на вызывающе дорогой машине, потому что машины, к сожалению, – это то, что наиболее видно. Не видно, какая у человека обстановка дома, не каждый знает, в какой квартире священник живет, сколько стоит его квартира. Но вот машина — это то, что все люди видят. И по машине, конечно, судят.

Я вспоминаю, как несколько лет назад выступал с беседой в милиции на северо-западе и мне задали вопрос: вот, вы ездите на дорогих иномарках. Я говорю: «Смотрите, я приехал к вам на Волге!» Кстати, священники, которых можно упрекнуть в роскоши, как правило, не ориентированы на жертвенное пастырское служение, не имеют большого количества детей и с самого начала нацелены на стяжание.

Корень проблемы — отсутствие жертвенности и коррозионное влияние среды, которая разрушает человека и постепенно обращает его внимание лишь на какие-то атрибуты жизни, атрибуты благополучия, а не на суть его призвания.

— Что еще сегодня может оттолкнуть человека от Церкви, от священника?

— Людей смущает, когда они не видят принципиальной разницы между духовным человеком и мирским, когда священники бывают слишком мирскими.

— Что значит – слишком мирскими?

— Например, если, вместо того чтобы пригласить прихожан помолиться или в паломничество, он зовет их на светский пикник или ведет разговоры не о спасении души, а обычные житейские разговоры о житейских темах — это создает для нецерковного или малоцерковного человека оправдание его жизненной позиции.

Зачем к чему-то стремиться, если священники такие же люди? Зачем я пощусь, если священник не постится? Почему я не пью, если батя пьет уже вторую бутылку? Как я буду воздерживаться от злословия и лицемерия, если батюшка второй час раздраженно о ком-то злословит?

С другой стороны, не должно быть искусственности в церковной жизни. Невозможно говорить только на духовные темы. Потому что иногда можно видеть обратную ситуацию, когда человек начинает играть в духовность.

— Что значит «играть в духовность»?

— Священник начинает таким тоном делать замечания, как будто сам является суперсвятым человеком: а вот вы не венчаны, а от вас пахнет табаком, а вот вы вчера на службу опоздали и так далее.

Если священник ведет разговоры о духовности, которые не подкреплены собственной жизнью, – это фарисейство. Эти разговоры имеют целью не только заботу о спасении души, а желание привлечь внимание к себе, желание понравиться людям, в том числе желание конвертировать эти разговоры, это внимание к себе, в какие-то материальные составляющие.

Когда это делается нарочито, напоказ — это вызывает у людей отторжение.

Помню, как жена одного известного человека пренебрежительно говорила об одном известном священнослужителе, называя его артистом.

Люди чувствуют фальшь и обращают внимание на то, насколько поведение священника уместно, насколько естественно, насколько соответствует месту, положению, а самое главное, насколько это проистекает из души человека.

— Не могу согласиться с этим утверждением. Людям свойственно хвалить свое и ругать чужое. Хотя случаи проявления цинизма можно встретить везде, в том числе и среди православных.

Мне как-то рассказали случай, который произошел в православном вузе несколько лет назад. Один человек, в прошлом выпускник Бауманского университета, шел сдавать зачет, который принимали две преподавательницы из светского вуза. Они спросили экзаменуемого: «А где вы работаете?» А он в то время нуждался в деньгах, были трудности и он подрабатывал где-то грузчиком. Услышав его ответ и смерив учащегося пренебрежительным взглядом, они сказали: «Так и видно». Причем сделали это при нем. Они не знали какое у него образование, не знали обстоятельств жизни. Просто так при всех унизили. После такой экзекуции он бросил учебу.

Люди становятся циниками, когда атмосфера жизни подталкивает их к этому. Атмосфера жизни в Церкви другая. Она к цинизму не располагает. Хотя и среди служителей Церкви циники есть. Но они, как правило, свой цинизм вынуждены маскировать. Иначе они просто останутся в одиночестве.

Быть циником в каком-то смысле легко, потому что не нужно подключать сердце к вопросам, заботам. Но это страшно, и это разрушительно для Церкви.

Завтра работаю: Литургию служу

— Как Вы интересно сказали: не подключать сердце. Это происходит, когда служение становится работой?

— Да, когда служение становится работой. Когда я только поступил в семинарию, туда же для сдачи экзаменов приехал один священник, симпатичный, интеллигентный. Кстати, сейчас он хорошо трудится на ниве пастырства. Я услышал в алтаре от него фразу: «Когда служишь раз-два в неделю — это служение. А когда служишь каждый день — это уже работа». Меня эта фраза поразила. Я ее услышал больше 20 лет назад и до сих пор, как живые, эти слова у меня в голове стоят. Не могу с этой мыслью примириться….

— Это не так?

— Конечно, не так. Горе, если священник так вот воспринимает свое служение.

Я вспоминаю своего одноклассника в семинарии — после первой проповеди в семинарском храме он рассказывал, что у него дрожь была от волнения. Собратья ему сказали, что это скоро пройдет, а он ответил: «Дай Бог, чтобы такое чувство у меня было всегда, когда я буду выходить на амвон…»

— Это возможно? Ведь существуют элементарные психологические защитные реакции. Когда ты выходишь в первый раз читать лекцию — тебе страшно. Когда выходишь читать в 1001-й раз — уже совершенно по-другому.

— Амвон и кафедра — это разные вещи.

Сама атмосфера богослужения, молитвы, люди, которые стоят и ждут слова, — это создает такую атмосферу, к которой трудно привыкнуть и не нужно стараться привыкать. Наоборот, нужно стараться возгревать в себе такое ощущение, чтобы каждый раз это было событием, не рутиной, не возможностью сказать людям традиционное, заученное или уже привычное слово-поучение, а чтобы это было каким-то творческим событием.

Я считаю, что нужно разделять интеллектуальную составляющую и эмоциональную. Люди-то обращают внимание в проповеди не только на слова, но и на то, кто и что говорит.

Слова одного человека – умные, правильные слова – теряются и забываются. А простые слова другого человека остаются на всю жизнь, врезаются в память, остаются в сердце.

photosight.ru. Фото: Mikka Hallakas

— Владыка, как Вы оцениваете развитие приходской жизни в последние лет 10-20? Патриарх говорит, что есть два критерия оценки «эффективности работы» пастыря: сколько крещеных им людей ходит в храм и сколько венчаных им пар не развелись… Какие вопросы духовничества Вам представляются самыми важными?

— Можно говорить о критериях, приводимых Святейшим, однако их применение зависит от многих условий. Иногда и священник хороший, и трудится хорошо, но не способен преодолеть человеческую косность.

Самое важное – правильные, гармоничные, по-настоящему духовные отношения между пастырями и паствой. Все больше строится или восстанавливается храмов. У людей появляется возможность выбирать храм, выбирать священника. Идут туда, где священник являет образ настоящего пастыря.

Мы часто повторяем эти слова, не задумываясь над их смыслом. Не случайно Христос говорит именно об овцах. Неоднократно имел возможность наблюдать в быту этих животных. Овцы – это скромные, даже пугливые животные. Они просто так не подойдут к человеку. Они идут лишь к тому, кто не обидит их, накормит. Вот об этом следует помнить в первую очередь.

Священник не должен диктовать людям свою волю.

А бывает, что священник навязывает свои услуги. Он стремится стать духовником, приглашает людей исповедоваться у него, создает своего рода духовную армию своих пасомых, причем случается это не в силу желания самих людей, а благодаря именно его личной активности.

Подобных случаев могу привести немало. Вспоминаю случай, когда однажды человек приехал в монастырь с женой, а ему тут же мать-игуменья сказала: «Вы не венчаны? Ну все, сейчас же венчаться!» Человек опешил, они повенчались, но было ощущение, что это не совсем правильно произошло.

Важна везде добровольность. Бывает, что священник начинает людей пугать.

Пугать святыми

— Болезнями?

— Иногда даже святыми пугают! Вот у нас святой в монастыре, и если вы не пожертвуете, или плохо отнесетесь, или не отблагодарите, то всё!

Это ставит важный вопрос духовнической практики — как мы привлекаем людей ко Христу. Опасно, если вместо Христа мы приводим людей к себе.

В одну европейскую страну приезжал из России священник. Приезжал, чтобы окормлять своих духовных чад. Сформировал даже небольшую общину. Казалось бы, что здесь плохого? Однако он постоянно повторял, что «священники, которые служат у вас в стране, — безблагодатные, они духовно слабые, давайте мне записки, я буду за вас молиться, а если кто-то не слушается, я молиться перестану, и вас тяжелые болезни постигнут». Духовные чада собирали ему пожертвования, ездили к нему в паломничество… Лишь через несколько лет часть из прихожан «прозрела». Для многих это стало тяжелым испытанием в вере.

— Можно ли сформулировать основные правила поведения священника с прихожанами?

— Прежде всего, конечно, священникам надо помнить о том, что человек приходит к Богу, а не к священнику, что не должно быть культа личности в Церкви. Пастырь не должен доминировать, не должен подавлять личность прихожан.

Второе — священник ни в коем случае не должен никого пугать. Однажды ко мне пришли напуганные мама с дочкой. Оказывается, девочке священник в наставлении сказал: а может быть, ты под машину попадешь. И она стала бояться переходить через дорогу.

Важно, чтобы священник объяснял прихожанам духовные истины, побуждал их к христианской жизни, но не заставлял. Учил жить в состоянии свободы и ответственности.

И, конечно, важно, чтобы главной целью священника была забота о душе, а не о своем кармане.

— Спрашивая священников о результатах разделения епархий, мне приходилось нередко слышать: «К счастью, архиерея мы как не видели, так и не видим». Что Вы можете сказать о таком противостоянии священников и архиерея?

— Прежде всего, это свидетельство того, что есть ненормальные или однобокие отношения. Нередко причина нестроений — в материальной области. Иногда священник считает, что приход — это чуть ли не его вотчина, его достояние.

Один священник как-то в присутствии своего архиерея сказал следующие слова: «Вы знаете, я очень болезненно отношусь к переводам священников, духовенства и я вообще считаю, что священников нужно переводить с их согласия. Мне еще нужно много потрудиться, купить квартиру сыну, квартиру зятю»…

— Перевели его или оставили?

— Перевели через некоторое время.

А бывают случаи несправедливого отношения архиерея к местному священнику: возникает впечатление, что на приходе слишком большие доходы, а в реальности такого нет. Понятно, что везде нужны деньги для содержания семинарий, для социальной деятельности, для функционирования епархий и так далее. Но когда возникает несправедливое отношение архиерея к священнику — тоже почва для конфликта.

Важно, чтобы священник чувствовал, что архиерей к нему относится с уважением. Что архиерей его защитник. Важно и то, чтобы сам священник воспринимал архипастыря своим отцом, а не помехой собственному благополучию. Нужно уметь устанавливать с людьми правильные отношения.

— А как их устанавливать? Это реально?

— Конечно, реально. Здесь важно, чтобы каждый понимал свое место и свою меру. Архиерей — ограниченность своего владычества, а священник — что интересы церкви являются главными интересами, а интересы семьи, благосостояния находятся на втором плане. Материальные интересы священника не должны наносить ущерб церковной жизни.

— Конечно, материальные интересы – это звучит очень приземленно, и все же – есть-то хочется! А если еще дети?

— Я очень хорошо эту ситуацию понимаю, потому что для развития церковной жизни тоже нужны деньги. Священнику деньги могут быть нужны не только на приобретение квартиры или машины, а на ремонт храма, содержание сотрудников. Деньги нужны. Однако они обладают удивительной способностью развращать людей.

Денег никогда никому не бывает достаточно. Тем более — в Церкви. Но я бы не сказал, что это всегда плохо. Лучше пусть будет чуть меньше, чем чуть больше.

Патриарх Кирилл: Подлинное исцеление человека происходит, когда он освобождается от греха

11 марта 2012 года, в неделю 2-ю Великого поста, Святейший Патриарх Кирилл совершил Литургию святителя Василия Великого в Покровском Хотькове ставропигиальном монастыре, сообщает Патриархия.ru. По окончании богослужения Предстоятель обратился к верующим с Первосвятительским словом.

Ваши Высокопреосвященства и Преосвященства! Досточтимая матушка игумения Олимпиада! Дорогие сестры, отцы, братья!

В этот замечательный день, второе воскресенье Великого поста, мы совершаем Божественную литургию в Покровском Хотьковом монастыре при большом стечении паломников, сопровождая богослужение великим таинством рукоположения нового епископа.

Каждый, кто восходит на свещницу архипастырского служения, несет особую ответственность, в первую очередь, за исцеление человеческих душ. Мы забываем о том, что Церковь, продолжая служение Спасителя, призвана нести исцеление людям. С первых дней существования христианская община была общиной исцеления. И сегодняшнее чтение из Евангелия от Марка (Мк. 2:1-12) помогает нам понять, почему Церковь продолжает это великое служение.

Апостол Марк повествует о том, как Господь исцелил парализованного человека, которого принесли к дому, где Он проповедовал. Его близкие, не имея возможности войти в помещение, разобрали крышу (ибо крыши на востоке в то время, да и поныне делают плоскими) и, опустив носилки с этим несчастным человеком в комнату, где был Спаситель, просили Его об исцелении.

Господь не просто исцеляет этого парализованного человека. Он говорит удивительные слова: «Прощаются тебе грехи твои». Присутствовавшие фарисеи, призванные улавливать каждое слово Спасителя, чтобы обвинить Его в нарушении закона, тут же вознегодовали и сказали: «Как этот человек может прощать грехи?» Но Господь разрушает это лицемерное благочестие одной фразой: «Что легче: сказать «прощаются тебе грехи» или сказать «встань, возьми постель твою и иди»? Но чтобы вы знали, что Сын Человеческий имеет власть отпускать грехи, говорю тебе: встань, возьми постель твою и иди». И исцелился парализованный, видимым образом доказав силу Божию исцелять людей, а значит, и прощать грехи.

Какая же связь существует между грехом и болезнью? На эту тему размышляли многие выдающиеся отцы Церкви и богословы. Приведу вам слова святителя Макария, митрополита Московского, который, размышляя о связи болезни с грехом, писал: «Грех посеял семена болезни в природе человеческой, и эти семена передаются от родителей к детям». Но болезнь не является карой за грех. Болезнь призвана показать безобразие греха, его пагубность для человека. Действительно, Бог создал человека совершенным, безгрешным. Не было греха, и не было никаких болезней. Болезнь не была создана Богом — болезнь есть проявление действий, разрушающих Божий замысел о человеке. Болезнь есть непосредственное проявление пораженной грехом природы человека.

Каждый из нас страдает от болезней, и для любого человека — и больного, и того, кто созерцает его страдания, — болезнь есть очевидный факт. Тех, кто в этом сомневается и сам никогда не болел, почти нет; а если, может быть, кто-то и отличается прекрасным здоровьем, то ему было бы полезно побывать в больнице, посетить страждущих и умирающих. Но страдания — это не замысел Божий о человеке. Все это результат помрачения человеческой природы грехом — тем самым, который посеял, по слову святителя Макария, семена болезни в природе человеческой.

Еще менее очевидно для человека, особенно современного, действие греха и сам грех. Почти каждому священнику приходилось встречать людей, которые, придя на исповедь, говорят: «Я ни в чем не грешен, на мне нет никакого греха». Только долгая и кропотливая работа духовника с таким человеком может помочь ему понять свое заблуждение и увидеть совершенные им грехи. Семена греха присутствуют в нашей природе и произрастают при нашем свободном и разумном соучастии. В совершении греха участвует каждый человек — своей свободной волей, своим разумом. Семя прорастает под воздействием тех благоприятных условий, которые мы создаем, открывая свое сердце, свой разум навстречу греху. И если для современного человека неочевидна опасность, смертельная опасность греха, то болезнь является физическим отображением духовного беспорядка, духовной болезни, которой является грех. Взирай на болезнь, и ты увидишь физическое отражение болезни душевной, увидишь и прикоснешься к физически выраженному безобразию греха.

Замечательно святитель Макарий говорит, что не следует болезнь воспринимать как грех. Мы знаем, что в другом месте Евангелия повествуется об исцелении слепорожденного (Ин. 9:1-7). У Спасителя спрашивают: «За что этому человеку? Он согрешил или родители его? За что он наказан?» И Господь отвечает: «Он не наказан — ни за родителей, ни за себя; но это случилось, чтобы на нем явилась слава Божия». И мы знаем, что Господь исцелил ту болезнь, являя славу Свою.

Итак, физическая болезнь присутствует в мире как физическое отображение болезни духовной. Поэтому подлинное исцеление человека может быть только тогда, когда он освобождается от греха. Мы знаем, каких замечательных результатов сегодня добивается медицина, знаем, как успешно исцеляются — медикаментозно, хирургически — многие болезни, так что многим кажется: наступит время, когда болезнь уйдет. Однако физическая болезнь не уйдет никогда, и об этом сегодня говорят ученые, которые наблюдают появление новых болезней, в том числе порожденных современным уровнем научно-технического развития человеческой цивилизации.

Болезнь есть видимое, физическое отображение духовной болезни. Только осознав эту внутреннюю связь духовного и физического в человеке, мы сможем понять, насколько важно внутреннее, духовное измерение нашей жизни для полноты человеческого бытия. Не может быть счастья в жизни, порабощенной греху. И когда мы совершаем грех, чтобы обрести некое человеческое счастье, когда мы кого-то обманываем, когда мы устрояем свое собственное счастье на несчастье другого, как это иногда бывает в семейной жизни, мы должны помнить: грех никогда не приводит человека к счастью. В конце концов, рано или поздно совершается суд Божий, и человек наказывается за свои прегрешения.

Сегодняшнее Евангельское чтение открывает нам эту тайну взаимосвязи духовного и физического, души и тела, греха и болезни. Открывает не мудростью человеческой, не способностью человеческого ума проникать в суть вещей, а самим словом Божиим: «Что легче сказать: возьми одр свой и иди? или: прощаются тебе грехи твои?» И Господь, простив грехи парализованного человека, исцеляет его и от болезни физической.

Пусть сегодняшнее Евангельское чтение поможет нам расширить горизонт своего видения всего того, что происходит в нашей личной, семейной, общественной, государственной жизни. Пусть Господь поможет нам увидеть все то, что происходит сегодня с родом человеческим. И, может быть, слово Церкви, повторяющей слова Спасителя «покайтесь, ибо приблизилось Царствие Божие» (см. Мф. 4:17), достигнет тогда сердец человеческих и поможет тем, кто слышит и воспринимает это слово, преодолеть тяготение греха и тем самым укрепить свое здравие душевное, вкупе же и телесное. Аминь.

Хотел бы сердечно поблагодарить Вас, матушка Олимпиада, за Ваши слова приветствия, за чудный образ, который был написан в этой святой обители и который будет напоминать мне и о монашеском подвиге, совершаемом здесь, в этих святых стенах, и о сегодняшнем молитвенном общении. Храни вас всех Господь.